Мнение: «Козырей у Порошенко нет, но у него есть джокеры»

Тема президентских выборов перетянула на себя максимум внимания в нашем информпространстве. Пока многие следят за этой доморощенной «Игрой престолов» в украинском стиле, практически незамеченными остаются другие, не менее важные события. В мире зарождаются новые и тлеют старые конфликты, создаются и усугубляются глобальные противоречия. Об этом и немного об украинских выборах (куда без них!) мы беседуем с политконсультантом Дмитрием Джангировым.

 

Ритуальное погребение Минских соглашений и воскресшие шансы кандидатов в президенты

— Тема урегулирования конфликта на Донбассе после длительного затишья вновь обрела актуальность — вслед за заявлением спецпредставителя миссии ОБСЕ в Украине Мартина Сайдика о новом «мирном плане». В чем новизна озвученных г-ном Сайдиком тезисов и чем они принципиально отличаются от многочисленных предыдущих «мирных планов»?

— Все это не имеет никакого значения. Ритуальная формула европейской дипломатии относительно того, что минскому протоколу нет альтернативы, просто означает готовность Запада заморозить конфликт, а не решить его. Потому что нынешний официальный Киев не будет выполнять Минск, и это официально в своем обращении к Донбассу заявил Порошенко, когда сказал, что никакой автономии (которая четко прописана в минском протоколе без использования слова «автономия») для региона не будет.

«Минский план» можно выполнить только в том случае, если его будут придерживаться и Украина, и Россия. Пока что ни с той, ни с другой стороны нет политической воли для этого. А недавнее закрепление в Конституции Украины стремления в НАТО — лишний стимул для России замораживать конфликт и переводить его в вариант «Приднестровья-2». Правда, тут есть существенное отличие.

Молдаванам хватило ума включить Приднестровье в единое экономическое пространство, даже несмотря на все риски возникновения нелегальных контрабандных схем. Как результат — правящие в Приднестровье группы находятся в едином коррупционном пространстве с молдавскими правящими группами, и это очень важный связующий момент, который гарантирует в той или иной степени единство и территории. Грубо говоря, приднестровская контрабанда пополняет карманы не только ее организаторов, но и бюджеты и Молдовы, и Приднестровья. В нашем же случае существует чисто криминальная контрабанда, которая не создает экономической связности страны как единой территории.

В Украине нет «партии войны», есть «партия ни мира, ни войны», которую текущее положение дел вполне устраивает. Аналогичная партия имеется и действует в той же логике и в России, и в самопровозглашенных республиках.

Все заявления официального Киева о том, что мы вернем Донбасс благодаря поддержке и санкциям Запада, подразумевают, что Украина собирается победить Россию в борьбе на истощение. Это нереально, не говоря уже о том, что у Украины отсутствуют возможности самостоятельно создавать для России реальные экономические проблемы. У России же подобные возможности в отношении Украины есть, и она их использует весьма успешно.

Украина пытается создавать экономические проблемы РФ через своих союзников, причем, как мы видим, Европа не рвется в этом участвовать, а США это скорее декларируют. Фактически никаких жестких санкций, за исключением тех, которые были наложены после сбитого «Боинга», Штаты не вводили.

Да, были грозные названия санкционных законов с более жесткими опциями санкций, и президент США получил от конгресса под их введение огромные полномочия. Но есть еще исполнение и применение на практике, а здесь Белый дом не демонстрирует политической воли.

— Активнее всего сейчас обсуждают президентскую избирательную кампанию. Зачастую обсуждения ближайшего будущего Украины сводятся к двум гипотезам: а) президент Порошенко; б) президент не Порошенко. Многие даже успели списать со счетов действующего президента. Есть ли у него шанс на победу?

— Безусловно, действующий президент сохраняет шанс. Козырей у Петра Алексеевича нет, но у него имеются джокеры. Президент готов пойти на все, чтобы сохранить власть. Вопрос в том, на что готово пойти его окружение. Ведь у окружения могут быть свои соображения, договоренности и свои «внешние кураторы».

Я не удивлюсь, если в марте под казацкий марш и с развернутыми знаменами украинская флотилия вновь двинется в Керченский пролив. Все возможно, а учитывая амбиции Порошенко, такой сценарий исключать не следует.

Победа действующего президента явит нам другого Порошенко. Во-первых, это будет человек, который уверен, что он все делал правильно, что он прекрасно знает эту страну и этот народ, хотя людей, проголосовавших за Порошенко второй раз, трудно назвать народом. Во-вторых, его камарилья ошалеет от безнаказанности. Они и сейчас демонстрируют нам схватку за столовое серебро на тонущем «Титанике», а что они будут творить дальше, лучше даже не представлять.

Петр Алексеевич абсолютно не идеологический человек, он пользуется тем, что может принести ему успех в данный момент. Второй срок Порошенко ознаменует собой подавление инакомыслия и зачистку политического пространства, хотя и это ему не поможет: так или иначе, в недрах самой системы создастся противовес. Точно так же, как в свое время в недрах системы «Кучмы-2» родился Ющенко, и многие сделали ставку на него.

Другой расклад вырисовывается при условии победы Тимошенко. Юлия Владимировна до и после парламентских выборов должна будет выстраивать новые коалиции, формальные и неформальные. Произойдет смена команд, и это даст некий зазор, своеобразную внутреннюю свободу, хотя потом, я думаю, все равно произойдет закручивание гаек. Однако у нее будет более пестрая коалиция и в идеологическом, и в региональном смысле.

Что касается Зеленского, то действительно, если мы посмотрим на социологию, у него есть шанс. Но многое на свои места расставит текущий месяц. Все зависит от того, как сработает его команда. Пока я вижу, что они играют в Голобородько, персонажа комедийного сериала. Если команда Зеленского подготовила на финал президентской гонки новый сезон «Слуги народа» и это все, то этого мало, и это слабо. И странно. Тогда предполагается, что Зеленский не выходит за некий образ президента Голобородько.

А если самостоятельно не выходить из образа, то, так или иначе, ты начнешь из него вываливаться. «Президент Голобородько» — очень плоский образ, и малейшее от него отклонение провоцирует у избирателя диссонанс.

Что касается других ставок и кандидатов, то абсолютное большинство олигархов заняло две позиции: 1) договариваться с Юлей перед первым туром; 2) договариваться с Юлей перед вторым туром. Эти позиции коррелируют с их взглядами на парламентские выборы. Это тактический вопрос, связанный с разными стратегиями на парламентскую гонку.

 

 

Охота за британским наследием

— От внутренних украинских печалей перейдем к проблемам наших европейских партнеров. Еще одной точкой нестабильности в Европе может стать Великобритания. Затянувшийся процесс с «Брекзитом» поднимает температуру социальной напряженности в стране. Действительно ли Британии грозит серьезный кризис?

— Кризис возможен, но не в центре, а на периферии, связанный с Шотландией и Северной Ирландией. Британцы, безусловно, доигрались. Есть бюрократическая система, живущая по своим правилам, которые подразумевают как допустимый, так и недопустимый уровень беспредела. В условиях выхода Британии происходит переговорный процесс о расставании. Но британцы говорят: «А можно мы как-то останемся»? Европейцы полагают, что нынешний уровень беспредела в системе, возникший из-за «Брекзита», неприемлем. Потому многие и прощаются с Британией с легким сердцем.

Ради участия Лондона в ЕС ему шли на очень большие уступки. Начиная от более чем 5 млрд. евро дотаций на сельское хозяйство, заканчивая уступками по кадровому составу. Британия де-факто была привилегированным членом Евросоюза, и суммарный вес этих привилегий был намного больше, чем вклад в общеевропейскую систему. Британские элиты пытались поставить свою страну на один уровень с франко-германским тандемом, что не соответствует политическому весу сторон.

В ЕС входят континентальные страны, есть прибрежные страны, а еще есть Британия на острове. У британцев даже с прибрежными странами больше различий, чем сходства. В дальнейшем Британия будет пытаться искать свою особую геополитическую роль и непременно столкнется с противодействием. Выходя из ЕС, страна рискует попасть в очередную войну за британское экономическое наследство. Их бывшие доминионы — то, что мы именуем частью «англо-саксонского мира», — будут попадать в чужие сферы влияния. Усугубляет ситуацию возникший раскол североатлантического единства Британии и США.

Британская дипломатия стоит перед новыми вызовами. Между тем есть столетние традиции и агентура во многих странах. Британцы будут пытаться играть в самостоятельный центр, другой вопрос — хватит ли им под геополитические амбиции финансового ресурса. «Брекзит» может финансово обескровить Британию, если оттуда уйдут биржи, крупные корпорации и капиталы, а в Европе имеется немало заинтересованных в оттягивании этих капиталов. Тем более что сегодня (за многие десятилетия) за спиной Британии не стоят США. Последний серьезный англо-американский конфликт был в 1956 г. во время англо-франко-израильского вторжения в Египет. Тогда США и СССР, как ни странно, совместно выступили против, американцы пригрозили политически, а Союз — силой.

У Британии имеются свои связи и история отношений с Китаем, Азией, Востоком и Россией. Чем ближе «Брекзит», тем активнее становятся шаги тех групп, которые выступают за восстановление отношений с Россией. Эти намерения они подтверждают фунтом стерлингов, покупая акции «Газпрома» в разгар скандала дела Скрипалей и долговые бумаги Минфина РФ. Более того, сейчас британцы покупают у русских сжиженный газ, а перед самым Новым годом достигнута договоренность о взаимном восстановлении состава дипмиссий.

Конечно, в целом отношения Британии и России плохие, но есть заметные тренды и предпосылки к их улучшению. Все же в свое время, когда Путин приходил к власти, он ориентировался именно на британские круги, которые тогда тесно поддерживали отношения с так называемыми «конторскими». Проводником Путина в высшую мировую элиту был Тони Блэр.

Через Британию были отмыты колоссальные капиталы «конторских». Когда за Фирташа был внесен залог в 125 млн. евро Василием Анисимовым, тогдашним председателем федерации дзюдо России, резидентом Британии и генералом КГБ в прошлом, британцы подтвердили, что его деньги чисты и непорочны, как виски и слово джентльмена. Какой же австрийский суд с этим поспорит!

Мадуро с Макроном и примкнувший к ним Папа Римский

— Президент Макрон выразил личную поддержку оппозиции и протестующим в Венесуэле. Тем не менее у хозяина Елисейского дворца у самого серьезные проблемы с движением «желтых жилетов». Какими могут быть итоги этого противостояния?

— Макрон надеется договориться с американцами. Протест «желтых жилетов» имеет большую социальную основу, но есть те, кто профессионально занимается протестами и специально в это вовлечен. Это католические структуры и «сетка Стивена Бэннона» — правые силы. И те и другие сильно идеологически мотивированы. С этими силами Макрон пытается договориться через Штаты, и поэтому он поддерживает линию США по Венесуэле. Он предлагает американцам поддержать их революционеров, а Белый дом должен повлиять на французских протестующих. Не обязательно, что это сработает, но в этом имеется своя логика.

— Венесуэла стала одной из самых горячих точек противостояния на геополитической карте. Венесуэльский конфликтный коктейль состоит из беспрецедентного вмешательства внешних игроков, внутреннего экономического кризиса, нестабильной социальной ситуации и противоборства геополитических центров. Кто играет в этом конфликте главные роли, и что может ждать Венесуэлу в обозримом будущем?

— Президент Венесуэлы тоже пытается заручиться внешней поддержкой в решении кризиса. Мадуро недавно встречался с бывшим главным сефардским раввином Израиля, который единственный из видных сефардов вхож в Хабад. Мадуро — сефард по отцу, и он пытается использовать этот фактор, хотя его дедушка и бабушка еще в молодости приняли католицизм, а его отец при рождении был крещен как католик.

Католики тоже играют видную роль в венесуэльском конфликте. Конспирологи не зря подчеркивают тот факт, что Мадуро продал (или пытался продать) золото при содействии Объединенных Арабских Эмиратов как раз накануне того, как туда прибыл Папа Римский с проповедью. Папа надеется поднять свой авторитет, заявив, что он поспособствовал разрешению конфликта в Венесуэле.

Безусловно, экономические проблемы Венесуэлы действительно очень серьезны. Но те, кто говорит, что все проблемы там из-за социализма, — клинические идиоты. Госсектор Венесуэлы, по разным оценкам, генерирует от 20 до 30% ВВП. В Норвегии этот показатель достигает 60%, и есть множество стран, где этот показатель около 50%. Проблема совсем не в этом.

С точки зрения марксизма, проблема Венесуэлы в том, что это классическая страна периферийного капитализма. Там — по причине взаимодействия с более развитыми экономическими системами — деградируют все сектора экономики, кроме сырьевого. А сырьевой сектор может быть конкурентоспособным только при условии низкого уровня заработной платы, а значит — низкого уровня жизни в стране.

Другое дело, что ко всему этому добавилось еще и некое неразумное использование ресурсов. Венесуэла сильно зависима от внешней сырьевой конъюнктуры, в стране не создали необходимого запаса прочности. В таких условиях нужно действовать с учетом этих факторов — я называю это «алгоритмом Иосифа», который согласно Ветхому Завету сделал во время семи тучных лет запас на семь тощих лет.

Главным геополитическим оппонентом Вашингтона в Венесуэле выступает не Москва, как утверждают украинские псевдоэксперты, а Пекин. Для Китая это очень важный регион. Для России единственным принципиально важным вопросом является только гарантия безопасности их инвестиций. В Венесуэле сильны интересы Китая и «Хезболлы»: например, венесуэльцы тренируют бойцов «Хезболлы», которые контролируют важные наркотрафики в Азии. У России, кстати, на этой почве имеются противоречия с «Хезболлой» и иранским КСИР (Корпус стражей Исламской революции). У русских спецслужб есть свои подконтрольные маршруты…

Кто бы ни пришел к власти в Венесуэле, смена действующей элиты на либералов не сделает эту страну процветающей. Наоборот, чем больше там будет либерализма, тем меньше у государства будет оставаться защитных, социальных факторов. Легче не станет. Худший вариант для Венесуэлы — консенсус внешних игроков относительно «слива» Мадуро и гарантий безопасности инвестиционных зон России и Китая, а на остальной территории — что хотите, дорогие туземцы, то и делайте. Вплоть до гражданского конфликта. Это — «Ливия №2».

фото: buzina.org / Дмитрий Джангиров 

Роман Губриенко  (Украина)

Загрузка...